GotAI.NET

Форум: Проблемы искусственного интеллекта

 

Регистрация | Вход

 Все темы | Новая тема Стр.1 (2)След. > >>   Поиск:  
 Автор Тема: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Андрей
Сообщений: 3810
Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 14 сен 14 12:40
Изменено: 25 янв 15 3:33
Этот топик не предполагает никакого обсуждения, но оно не возбраняется. Здесь я положу избранные мною цитаты из работ Сеченова И.М., посвящённых проблематике человеческого мышления. В качестве источника информации был использован оригинал сборника Академии Наук СССР 1952 года "И.М. Сеченов. Избранные произведения. Том 1. Физиология и психология". Цитаты приведены в том же порядке, в котором они опубликованы в указанном сборнике. Многое важное, конечно, было опущено, поэтому чтение первоисточника в полном объёме всячески рекомендовано. Приведённые выдержки, призванные послужить, в первую очередь, стимулом для углубления в материал, сами по себе могут натолкнуть на полезные мысли и, конечно, являются данью памяти талантливого мыслителя.

С моей точки зрения, сильные стороны Сеченова:
- железная логика
- позитивное предметное мышление
- стремление к выделению сути (упрощение)
- самостоятельность в выводах
- последовательное развитие своих взглядов
- ориентация на проверяемые факты
По моему глубокому убеждению, далеко не каждый человек способен изучать психику. В первую очередь для этого необходима способность буквально видеть, ощущать свои мысли, быть интроспектором. Сеченов этим даром в превосходной степени обладал.

Я пока не читал работы Декарта - формального основоположника рефлексологии, и Павлова - последователя Сеченова (хотя книжки Павлова уже лежат у меня на полке) но из всего, что я когда-либо читал по тематике мышления, Сеченов без конкуренции обгоняет соперников и выгодно отличается широтой и полнотой охвата тематики, точностью, лаконичностью формулировок, фундаментальностью и всеобщностью выводов. По сравнению с его работами (а их в сущности весьма мало) многие более поздние поделки (а, особенно, современные) - жалкая неполноценная мазня. На мой взгляд, первое, что должен прочитать каждый, претендующий на создание сильного ИИ (помимо, конечно, собственных рассуждений), должна быть не новомодная бредятина вроде нечёткой логики или NLP, а сеченовскую классику столетней выдержки. За это время Сеченов ничуть не устарел, потому что он описывает мышление - предмет, который с момента создания человека никак не поменялся. И всё то, что в отношении фундаментов мышления было верно тысячу лет назад, верно и сейчас. И, кстати, многое из полезного, что я видел у более поздних авторов было ими, оказывается, безжалостно "позаимствовано" у Сеченова.

И ещё, мне показалось, что сто лет назад уровень мозгового шума был ниже, и уже только в силу этого мыслителям было проще фиксировать и препарировать тонкие нюансы шевеления мыслей в своей голове.

Из всех работ особую ценность для нашей задачи, на мой взгляд, представляют две: "Рефлексы головного мозга" и "Элементы мысли" - в них собраны главные ключевые идеи. Они не все проработаны до мелких деталей, но благодаря им я могу утверждать, что Сеченов не просто обозначил возможность создания СИИ (невольно, конечно), но показал дверь к этому пути и даже приоткрыл её. Поэтому эти две работы я рекомендую настоятельно, остальные - факультативно.

Любопытно, как в личных письмах Сеченов сам характеризует свою работу:
Цитата:
"Размышления о психологических вопросах после вечернего чтения так волнуют меня, что мешают часто спать".

"Писание "Элементов мысли", наконец, кончено. Канитель эта тянулась так долго и стоила мне таких неимоверных трудов, что я едва ли когда-нибудь примусь ещё раз за подобную работу".

В работах Сеченова практически нет математики, но это не потому, что он её не знал, совсем наоборот, а потому, что не математика порождает мышление, а мышление порождает математику. И верность выводов в его работах основана не на математической тавтологии, а на непосредственном тщательном наблюдении за предметом изучения и обобщении множества фактов.

В завершение не скрою, что в процессе чтения (а читал я маленькими дозами, вдумчиво, по 20 страниц в день) получил массу интеллектуального удовольствия не только от смысла но и от формы изложения, чего и Вам желаю.


Цитата:
"Рефлексы головного мозга" 1866 г.

К сожалению, в жизни, как в науке, всякая почти цель достигается окольными путями, и прямая дорога к ней делается ясною для ума лишь тогда, когда цель уже достигнута.

Все бесконечное разнообразие внешних проявлений мозговой деятельности сводится окончательно к одному лишь явлению - мышечному движению.

деятельное противодействие со стороны человека является всегда, если он ожидает какого-нибудь внешнего влияния.

Привыкнуть к страшному, к отвратительному, не значит выносить его без всяких усилий (это бессмыслица), а значит искусно управлять усилием.
Итак, если человек приготовлен к какому-нибудь внешнему влиянию на его чувства, то, независимо от окончательного эффекта этого влияния (т.е. произойдет ли невольное отраженное движение или нет), в нем всегда родится противодействие этому влиянию; и противодействие это выражается иногда извне мышечным движением, иногда же остается без видимого внешнего проявления.

при ожиданности раздражения в явление вмешивается деятельность нового механизма, стремящегося подавить, задержать отраженное движение. В иных случаях этот механизм побеждает силу раздражения, тогда отраженного (невольного) движения нет. Иногда же, наоборот, раздражение одолевает препятствие — и невольное движение является.

Неужели же, скажет читатель, в другой половине миллиарда всех невольных движений психическими моментами является только страх и элементарные чувственные наслаждения? Да, любезный читатель, если под невольными движениями, в строгом смысле, разуметь, как мы это делаем, только те движения, которые и в науке и в обществе носят название инстинктивных, т.е. явления, где нет места ни рассуждению, ни воле. И причина этому заключается в следующем. Все без исключения инстинктивные движения в животном теле направлены лишь к одной цели — сохранению целости неделимого (только половые инстинкты ведут к поддержанию вида). Сохранение же этой целости вполне обеспечено, если неделимое избегает вредных внешних влияний и имеет приятные, т.е. полезные. Страх помогает ему в первом, наслаждение заставляет искать второго.

если маленькие дети, едва выучившиеся ходить, заболеют и долго пролежат в постели, то разучиваются приобретенному искусству. У них расстраивается гармоническая деятельность отражательных групп, участвующих в ходьбе. Это обстоятельство снова показывает, какое важное значение для нервной деятельности имеет факт частого повторения ее в одном и том же направлении.

главнейшие характеры невольных движений:
1. Движение происходит быстро вслед за чувственным раздражением.
2. И то и другое по продолжительности более или менее соответствуют друг другу.
3. Невольные движения всегда целесообразны. Посредством их животное или старается удержать чувственное возбуждение, если оно приятно, или, напротив, старается удалиться от раздражения, или, наконец, устранить раздражителя от своего тела, если он действует сильно. Во всем этом (за исключением рефлексов от наслаждения) легко убедиться на обезглавленной лягушке, где, конечно, не может быть и спора о том, что движения ее могут быть лишь невольными.
Повесьте такую лягушку в воздухе и щипните слегка в каком ни на есть месте ее кожу. Мгновенно явится отрывистое отраженное движение, которое прекратится так же быстро, как прекратилось ваше раздражение. Дело другого рода, если вместо щипанья вы будете действовать на кожу лягушки какою-нибудь раздражающею жидкостью, например, серной или уксусной кислотой; тогда раздражение в коже продолжительно, и вместо одного отрывистого движения вы видите ряд таких движений, продолжающийся более или менее долго. Эти два простых опыта отвечают на первые два пункта, но в то же время они уже родят мысль и о целесообразности отраженных движений. Последний характер выражается особенно резко в явлениях чихания, кашля и рвоты. Во всех этих случаях исходной точкой явления бывает чувственное раздражение: слизистой оболочки носа — при чихании, гортани — при кашле, задней части полости рта — при рвоте; концом же — отраженное сложное мышечное движение, преимущественно в мышцах грудной клетки и брюшной полости. Каждым из этих сложных движений достигается в сущности одна и та же цель — удалить раздражителя. В самом деле, при чихании развивается быстрый ток воздуха в носовой полости, который уносит с собою наружу все, что там есть в настоящую минуту. При кашле бывает то же самое относительно гортани. А рвота, так сказать, обмывает те части полости рта, которых мы не можем обтереть языком. Никому, конечно, не придет в голову оспаривать машинообразность этих явлений, потому что всем известно, что воля не властна над этими движениями; они являются роковым образом, если существует раздражение.

на основании приведенных опытов с раздражением кожи у обезглавленной лягушки и спящего человека, можно установить следующее правило: возбуждение чувствующей поверхности тела в любой точке может, смотря по условиям, вызвать отраженные движения, разнообразные по группированию действующих мышц, но всегда однообразные по цели — устранить тело от внешнего влияния.

вмешательство разума вредит иногда целесообразности инстинктивных движений.

тупость к известного рода внешним влияниям всегда замечается в человеке, если ум его занят в другом направлении.

Модификации осязательного чувства, дающие понятия о твердости, мягкости, упругости и температуре тел, не представляют характера сложности и не могут, следовательно, быть дробимы.

Чтобы помирить читателя окончательно с мыслью о том, какое неисчерпаемое богатство психического развития скрывается и в разобранных нами доселе средствах к нему, несмотря на их кажущуюся бедность, я обращу его внимание на пределы ассоциации: каждая из них начинается ежедневно в момент просыпания человека и кончается началом сна. В этот день, считая его в 12 часов и положив средним числом на каждую новую фазу зрительного ощущения по 5 секунд, через глаз войдет больше 8000 ощущений, через ухо никак не меньше, а через движение мышц несравненно больше. И вся эта масса психических актов связывается между собою каждый день новым образом, сходство с предыдущим повторяется лишь в частностях!

Когда ребенок думает, он непременно в то же время говорит. У детей лет пяти дума выражается словами или разговором шепотом, или по крайней мере движениями языка и губ. Это чрезвычайно часто (а может быть и всегда, только в различных степенях) случается и с взрослыми людьми. Я по крайней мере знаю по себе, что моя мысль очень часто сопровождается при закрытом и неподвижном рте немым разговором, т. е. движениями мышц языка в полости рта. Во всех же случаях, когда я хочу фиксировать какую-нибудь мысль преимущественно перед другими, то непременно вышептываю ее. Мне даже кажется, что я никогда не думаю прямо словом, а всегда мышечными ощущениями, сопровождающими мою мысль в форме разговора.

ассоциация представляет обыкновенно последовательный ряд рефлексов, в котором конец каждого предыдущего сливается с началом последующего во времени.

головной мозг человека заключает в себе механизмы, задерживающие мышечные движения.

рядом с тем, как человек, путем часто повторяющихся ассоциированных рефлексов, выучивается группировать свои движения, он приобретает (и тем же путем рефлексов) и способность задерживать их. Отсюда-то и вытекает тот громадный ряд явлений, где психическая деятельность остается, как говорится, без внешнего выражения, в форме мысли, намерения, желания и пр.

Мысль есть первые две трети психического рефлекса.

последовательность двух актов принимается обыкновенно за признак их причинной связи (post hoc ergo propter hoc), тo мысль считается обыкновенно причиной поступка. В случае же, если внешнее влияние, т.е. чувственное возбуждение, остается, как это чрезвычайно часто бывает, незамеченным, то, конечно, мысль принимается даже за первоначальную причину поступка. Прибавьте к этому очень резко выраженный характер субъективности в мысли, и вы поймете, как твердо должен верить человек в голос самосознания, когда оно говорит ему подобные вещи. Между тем это величайшая ложь. Первоначальная причина всякого поступка лежит всегда во внешнем чувственном возбуждении, потому что без него никакая мысль невозможна.

Три четверти обитателей Европы неумеренностью в пище и питье усиливают и учащают в себе появление голода или жажды; та же самая история повторяется с неумеренными в половых наслаждениях. Закон этот, в приложении к наслаждениям в сферах высших чувств, т.е. к зрению и слуху, объясняется очень просто. Чем чаще в самом деле повторяется какой-нибудь страстный психический рефлекс, тем с большим и большим количеством посторонних ощущений, представлений, понятий он ассоциируется, и тем легче становится, следовательно, акт воспроизведения в сознании страстного рефлекса в форме мысли, т.е. желания.

Желание в страстном психическом акте то же, что мысль в обыкновенном, — первые две трети рефлекса.

Любя женщину, человек любит в ней, собственно говоря, свои наслаждения


Цитата:
"Замечания на книгу г. Кавелина «Задачи психологии»" 1872 г.

Между всеми отраслями человеческих знаний едва ли найдется наука, судьба которой была бы до такой степени странна, как судьба психологии. Материал, над которым она работает, – продукты самосознания или самонаблюдения, проверяемые подобными же наблюдениями других людей или собственными и чужими поступками, – доступен ежеминутно человеку, чуть не со времени его появления на Земле.

Вот если бы человек в состоянии был творить такие сочетания, в которых был бы по крайней мере хоть один действительно неземной элемент, тогда самостоятельное творчество души было бы, конечно, доказано.

элементы научных истин иногда целиком подготовляются дикарями, и тогда нужна только известная группировка этих элементов, чтобы из них вышло более или менее важное научное открытие.

мышление наше получает характер непрерывной цепи, звенья которой последовательно вытекают друг из друга.


Цитата:
"Кому и как разработывать психологию" 1873 г.

без существования тормозов в теле и, с другой стороны, без возможности приходить этим тормозам в деятельность путем возбуждения чувствующих снарядов (единственных возможных регуляторов движения!) было бы абсолютно невозможно выполнение плана той «самодвижности», которою обладают в столь высокой степени животные.

Что касается до надежности тех рук, в которые попадет психология, то в них, конечно, никто не усомнится; порукой в этом те общие начала и та трезвость взгляда на вещи, которыми руководится современная физиология. Как наука о действительных фактах она позаботится прежде всего отделить психические реальности от психологических фикций, которыми запружено человеческое сознание по сие время. Верная началу индукция, она не кинется сразу в область высших психологических проявлений, а начнет свой кропотливый труд с простейших случаев; движение ее будет через это, правда, медленно, но зато выиграет в верности. Как опытная наука она не возведет на степень непоколебимой истины ничего, что не может быть подтверждено строгим опытом; на этом основании в добытых ею результатах гипотетическое будет строго отделено от положительного. Из психологии исчезнут, правда, блестящие, всеобъемлющие теории; в научном содержании ее будут, наоборот, страшные пробелы; на место объяснений в огромном большинстве случаев выступит лаконическое «не знаем»; сущность психических явлений, насколько они выражаются сознательностью, останется во всех без исключения случаях непроницаемой тайной (подобно, впрочем, сущности всех явлений на свете), — и тем не менее психология сделает огромный шаг вперед. В основу ее будут положены вместо умствований, нашептываемых обманчивым голосом сознания, положительные факты или такие исходные точки, которые в любое время могут быть проверены опытом. Ее обобщения и выводы, замыкаясь в тесные пределы реальных аналогий, высвободятся из-под влияния личных вкусов и наклонностей исследователя, доводивших психологию иногда до трансцендентальных абсурдов

ассоциация есть результат частого повторения нескольких последовательных рефлексов, а репродукция любого психического акта – не что иное, как фотографическое повторение одного и того же процесса при количественно измененных условиях возбуждения чувствующего снаряда.

новорожденный не представляет ничего, кроме чистых рефлексов

Выясненный в сознании звук или ряд звуков служит для ребенка меркой, к которой он подлаживает свои собственные звуки и как будто не успокаивается до тех пор, пока мерка и ее подобие не станут тождественны.

крайне поучительно прислушаться к рассказам слепорожденных, которым было возвращено зрение в зрелые годы, как они видели мир в первые дни после операции. Несмотря на то, что у этих людей были уже ясны в голове все пространственные представления об окружающих их предметах, добытые путем осязания, все поле зрения казалось им наполненным каким-то одним сплошным образом, который как будто касался их глаз, и они даже боялись двигаться из опасения наткнуться на тот или другой образ.

Гельмгольц, один из величайших современных умов, человек, которому психологическое учение о развитии пространственных представлений обязано едва ли не более, чем кому-нибудь другому, резюмируя все, что может дать наблюдение относительно развития пространственного видения, говорит, что представления о величине, удалении, очертаниях и телесности предметов развиваются как бы путем бессознательных умозаключений.

продукты возбуждений высших органов чувств имеют по преимуществу страстный характер, что в репродуцированной форме они оставляют на душе стремительный след в виде желания обладать источниками наслаждений и что стремления эти представляют мотивы, определяющие внешнюю деятельность.

Из элементарных размышлений ребенка вырастает мало-помалу та грандиозная цепь знаний, которая, начинаясь самым поверхностным расчленением конкретных фактов материального мира, увенчивается точным, непогрешимым математическим знанием.

С логической стороны во всякой мысли есть непременно две вещи, два объекта, сопоставленные друг с другом.

В простейших случаях результат сопоставления ограничивается констатированием раздельности двух объектов мысли, в других случаях из сопоставления вытекает или сходство или различие между ними — обширная категория мыслей, содержанием которых является сравнение;

сравнение играет первенствующую роль даже в ряду научного мышления.

сопоставлению в действительности соответствует последовательное происхождение двух впечатлений, разделенных между собою во времени и пространстве

там, где исчерпается предел сравнений, обусловленных даже искусственным изощрением органов чувств, где исчерпываются самые средства к дальнейшему изощрению орудий дробления, — там предел науки о реальном мире.

математическая точка понятна только со стороны ее логического происхождения: это есть материальная точка без ее существенных атрибутов

атрибуты вещей мы можем отделить умственно от самой вещи (это выделение и выражается именно словом)

Корни метафизических учений лежат в совершенно естественном и потому совершенно законном стремлении (мы даже знаем физиологические основы его) человека выделять умственно из конкретных фактов отдельные признаки их и классифицировать последние на более или менее существенные, более или менее постоянные.

Логическую сторону мышления мы уже знаем: она заключается в сопоставлении двух объектов (которыми могут быть или две отдельные конкретные формы, или целая форма с своей частью, или, наконец, части одной и той же или двух отдельных форм) и в соизмерении их со стороны сходства, различий, причинности и пр.

главный же грех метафизики заключается, как уже было сказано, в убеждении, что человек может узнавать окружающий его мир помимо органов чувств и безусловно.

отрывать разум от органов чувств — значит отрывать явление от источника, последствие от причины.

Начала мышления совпадают по времени с процессом расчленения слитых ощущений, даваемых младенцу органами чувств, потому что и в это уже время все необходимые для мышления реально-психические элементы, расчлененность конкретных, слитых ощущений и акты репродукции пережитого, перечувствованного, совершаются уже в теле.

в теле есть прирожденные, определенные нервно-мышечные сочетания, которые действуют сначала всегда целиком, т.е. целою группою нервов с их мышцами разом; но затем, под влиянием условий, создаваемых жизнью, группы эти могут расчленяться в большей или меньшей степени.

Во всех без исключения случаях форма влияния воли остается, однако, одинакова — она может вызывать, прекращать, усиливать и ослаблять движение, — и только степень ее власти, по-видимому, крайне различна.

неуловимость внешних толчков к движению и составляет, как всякий знает, главный внешний характер произвольных движений.

вмешательство воли связывает свободу движения

рядом с ходьбой у меня тянется в сознании тоже определенная песня, но выстроенная не из звуков, а из немых для слуха, но ясных для сознания кожно-мышечных ощущений.

Если вообразить себе, что сокращения мышц при ходьбе сопровождались бы совершенно параллельными им звуковыми явлениями, как в голосе, то самой знакомой нам песней была бы песня ходьбы; и это доказывается ясно тем, что уже при той ограниченности звукового осложнения, которую представляет нам ходьба при нормальных условиях (мы слышим звуки только в момент ставления ног на пол), мы все-таки часто узнаем по звуку ходьбу знакомого нам человека.

для воли остается как возможность только пусканье в ход механики, замедление или ускорение ее хода или, наконец, остановка машины, но ничего более.

раз все существенные стороны движения схвачены, другими словами, человек запомнил последовательный ряд их и глаз или глаз вместе со слухом наметались в деле контролирования движений — во все это воля не вмешивается, однако, ни на волос! — обучение можно считать законченным.

У такого человека добрые дела вытекают из морального чувства сами собою, роковым образом, без малейших усилий с его стороны.

Конечно, если бы старик захотел, он мог бы и не делать добра, но стал ли бы от такой возможности нравственный образ его более высоким?

даже в самых сильных нравственных кризисах, когда, по учению обыденной психологии, воле следовало бы выступить всего ярче, она одна, сама по себе, действовать не может, а действует лишь во имя разума или чувства.

Если бы тело ребенка было устроено таким образом, чтобы он мог сознавать очень ясно те внешние импульсы, которые предшествуют ощущениям, то он, конечно, перестал бы считать свое тело источником их и не стал бы говорить: «Петя хочет гулять», а должен был бы сказать: импульс а, б или с зовет Петю гулять, подобно тому как он совершенно правильно говорит: «мама зовет гулять», когда импульсом к желанию служит голос матери. Тогда сознание ребенка расчленяло бы совершающиеся в нем трехчленные рефлексы правильным образом на внешний импульс, ощущение и действие. Для него же внешний импульс ускользает, и он анализирует только два последних члена, но так как они всегда являются связанными для его сознания с его собственной особой, то он и ставит наперед себя, Петю, как обозначение места ощущения или действия (совершенно в том же смысле, как он говорит: «дерево стоит, собака бежит» и пр.).

ребенок делает тьму движений с чужого голоса, по приказанию матери или няньки; образы последних по необходимости должны представляться ему какими-то роковыми силами, вызывающими в нем действия

если кто не слушается одного голоса, то только потому, что он слушается другого.
[Ответ][Цитата]
гость
78.25.123.*
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 15 сен 14 1:17
А.>

cеченов> движения, которые мы называем произвольными, суть в сущности привычные движения, заученные под влиянием жизненных потребностей. Те, на которых спроса в жизни нет, возникнуть не могут

cеченов - это очень крупная величина (своего времени) и выдающийся представитель определенного умственного стиля, но что его роднит с андреем - это некоторая доза
догматизма.. ('железная логика' - это логика с неревизируемыми основаниями, в некоторых
случаях это решающий недостаток).

конкретно - 'прозвольность' нужно как минимум понимать двояко - и как произвольный
старт стеретипного реагирования (о чем говорит сеченов) и как оперативный СИНТЕЗ движения (ясно, не 'из воздуха'), отнюдь не привычная компоновка привычных образующих
(бернштейн против сеченова).

и более того - сама суть проблематики физиологии мышления - что умственные движения
ИМЕННО что порождают такое многообразие движений, которые только ОТБИРАЮТСЯ (подбираются) под нужды практики.

догматически ограниченной выглядит та т.зр. что потребности практиики вытягивают из
умственного котла 'детерминировано' по запросу нужный ответ, что ум не содержит большого ИЗБЫТКА структур (потенциальных структур) по отношению к тем, спрос на которые предъявляет практика. Синтез не только по запросу, но и синтез впрок. Не будь
регулятор разнобразней среды (эшби против сеченова) откуда регулятору иметь гарантии что он способен справиться с требованиями среды? (гарантий абсолютных нет, но избыточный регулятор имеет больше относительных гарантий).
[Ответ][Цитата]
Андрей
Сообщений: 3810
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 15 сен 14 12:58
Изменено: 16 апр 18 14:17
[ПРОДОЛЖЕНИЕ ВЫНЕСЕНО СЮДА, ВВИДУ РЕОРГАНИЗАЦИИ ФОРУМА]

Цитата:
"Элементы мысли" 1903 г.

Мыслить можно только знакомыми предметами и знакомыми свойствами или отношениями; значит, для мысли должно быть дано наперед уменье различать предметы друг от друга, узнавать их и затем различать в предметах их свойства и взаимные отношения; а все это дается первично чувством.

взрослый мыслит уже не одними чувственными конкретами, но и производными от них формами, так называемыми отвлечениями, или абстрактами.

в сознании у взрослого — ощущений в детской элементарной форме уже нет.

в мысли как процессе или ряде жизненных актов должна существовать общая сторона, не зависящая от ее содержания.

всякую мысль, какого бы порядка она ни была, можно рассматривать как сопоставление мыслимых объектов друг с другом в каком-либо отношении.

объекты для мысли человек берет из самых разнообразных сфер: всего внешнего мира, от песчинки до вселенной, и всего внутреннего мира (мира сознания) не только собственного, но и целого человечества.

человек, пройдя первоначальную школу знакомства с внешним миром, переносит изученные им здесь предметные связи, зависимости и отношения на новые объекты, несмотря на то что на своем настоящем месте они (т. е. эти связи и отношения) всегда имеют в глазах человека смысл реальностей

в настоящее время признают собственно три главных категории отношений — сходство, сосуществование и последование — соответственно тому, что в мысли объекты являются только в трех главных формах сопоставления: как члены родственных групп, или классификационных систем, как члены пространственных сочетаний и как члены преемственных рядов во времени.

факт, открываемый наблюдением, касается известной прогрессивной последовательности в ходе мышления у человека от детства к зрелости. Эту сторону называют очень метко и справедливо умственным развитием человека. По своему чисто внешнему характеру оно заключается в умножении числа мыслимых объектов, с вытекающим отсюда увеличением числа возможных сопоставлений между ними (хотя бы общие направления сопоставлений и оставались неизменными), и в так называемой идеализации или символизации объектов мышления.

По мере умножения числа жизненных встреч продукты чувственного опыта становятся все более и более разнообразными, и рядом с этим умножаются условия как распадения их на части, так и группировки в системы.

С форменной стороны тип развития заключается, следовательно, в расчленении исходной простой формы на целые группы метаморфозированных, но родственных между собой по происхождению форм.

расчленение не есть процесс возникновения новых органов и жизненных отправлений, а развертывание и обособление (как с форменной, так и с функциональной стороны) того, что на предшествующей ступени развития было уже дано, но слитно, нерасчлененно.

во всех организмах сохранение целости тела и жизни достигается не неподвижностью раз сформированного, а постоянным частичным разрушением и восстановлением элементов тела. Все время, пока организм развивается в положительную сторону, т. е. растет, созидание перевешивает разрушение; в зрелости обе стороны уравновешивают друг друга, а в старости, в период упадка, разрушение берет перевес.

мысль была определена как сопоставление двух (по меньшей мере) или более объектов друг с другом в известном отношении или направлении. Значит, в мысли вообще можно отличать следующие общие элементы: 1) раздельность объектов; 2) сопоставление их друг с другом и 3) направление этих сопоставлений.

все разнообразие мысли и заключается собственно в эволюции ее объектов из исходных более слитых форм в формы более расчлененные путем дроблений и пересочетаний.

прирожденной нервно-психической организации ребенка должна быть присуща способность изменяться под влиянием воздействий извне. Последние должны оставлять в ней след, параллельный следу впечатлений на душе, след тем более прочный и определенный, чем чаще повторялось воздействие.
Выразить это в данных нервной организации нетрудно, если принять, как это делают физиологи, что параллельно ощущению в нервной системе идет процесс нервного возбуждения, распространяющийся по сумме определенных и прирожденных путей. Как бы однородны ни были с виду повторяющиеся впечатления, но, в сущности, между ними всегда есть какие-нибудь разницы, и соответственно этому должны различаться друг от друга суммы возбуждаемых путей. В силу же того, что однородность, хотя бы и кажущаяся, все-таки предполагает значительный перевес сходств над различиями, легко понять, что частое повторение так называемых однородных воздействий должно вести за собой обособление той суммы путей, которая соответствует постоянным элементам впечатления. От последнего должно, таким образом, отпадать мало-помалу все непостоянное и случайное. Совершенно так же при заучивании движения из него мало-помалу исчезает весь придаток ненужных побочных движений, которые сообщали ему вначале характер неуклюжести и неловкости.
Но это еще не все. Впечатление, по мере повторения, выигрывает все более и более в легкости воспроизведения, как будто соответствующий нервный механизм делается более и более подвижным, более и более чувствительным к действующим на него толчкам. Это и бывает действительно так. Все нервные снаряды животного тела можно рассматривать как механизмы, постоянно заряженные энергией и всегда готовые к разряду или действию под влиянием толчка, приложенного к той или другой части снаряда (в чувствующих снарядах возможных точек приложения толчка, производящего разряд, две: периферия и центр). Чем сильнее заряжен нервный аппарат, тем легче он приходит в действие и наоборот. Условия же заряжания, насколько известно, стоят в прямой связи с питательными процессами нервной системы, а последние в свою очередь идут рука об руку со степенью упражнения снаряда. Следовательно, чем деятельнее нервный аппарат, тем живее его питательные процессы, тем энергичнее заряжание. Вот это-то усиление возбудимости нервных снарядов вследствие их упражнения и составляет в то же время причину «физиологического обособления» путей возбуждения. При этом в грубо анатомическом смысле организация действовавшего снаряда остается, может быть, неизменной, но физиологически он обособлен.

повторению однородных с виду, или, точнее, близко сходственных, впечатлений должно соответствовать со стороны нервно-психической организации обособление путей возбуждения в группы разной возбудимости, а со стороны впечатления — переход его от формы менее определенной и более слитной в форму более определенную и более расчлененную, с выяснением, так сказать, главного ядра впечатления и его спутников и, кроме того, с умножением внешних условий воспроизводимости впечатления в сознании.

какие выгоды приносят движения для развития впечатлений.
Выгод таких три: служа источником перемещений чувствующих снарядов в пространстве, они в громадной степени разнообразят субъективные условия восприятия, а через то способствуют расчленению чувствования; затем движения дробят непрерывное ощущение на ряд отдельных актов с определенным началом и концом; наконец, косвенно служат соединительным звеном между качественно различными ощущениями (например, световыми и слуховыми, световыми и осязательными и пр.).

учение о так называемом «единстве сознания», с его анатомо-физиологическим субстратом «общим чувствилищем» («sensorium commune»), учение, которым психологи до сих пор объясняли рядовое расположение психических актов в сознании, должно быть отброшено.

Мышечные ощущения, помещаясь на поворотах чувствования, т. е. в промежутках между ощущениями иного рода, служат для них не только соединительными звеньями, но и определяют при объективировании ощущений взаимные отношения их внешних субстратов в пространстве и во времени.

многие предметы занесены в реестры памяти под рубрикой принадлежности частей целому (рубрика эта крайне обширна, вмещая в себя все случаи цельных предметов с их частными признаками). Но эта регистрация далеко не единственная. При помощи очень простых наблюдений, вроде приведенных выше, легко убедиться, что, кроме рубрики принадлежности, есть еще рубрика сходства.

чем больше разных направлений, в которых зарегистрированы книги, тем благоустроеннее библиотека, тем легче добывать из этого склада каждое отдельное сочинение.

С этой точки зрения становится в самом деле понятным, что вообще шансов для запоминания сравнительно разрозненных бессистемных детских впечатлений должно быть гораздо меньше, чем к запоминанию правильно систематизированных продуктов опыта у взрослого.

чем чаще видится какая-нибудь вещь, тем больше шансов видеть ее с разных сторон и тем полнее и расчлененнее становится ее образ — представление.

Видимое и слышимое нами всегда содержит в себе элементы, уже виденные и слышанные прежде. В силу этого, во время всякого нового видения и слышания к продуктам последнего присоединяются воспроизводимые из склада памяти сходственные элементы, но не в отдельности, а в тех сочетаниях, в которых они зарегистрированы в складе памяти.

Всякая мысль, как бы отвлеченна она ни была, представляет, в сущности, отголосок существующего, случающегося или, по крайней мере, возможного, и в этом смысле она есть опыт (верный или нет, это другой вопрос) в различных степенях обобщения.

Когда на нас действует какое бы то ни было впечатление не в первый, а в пятый, десятый раз, то на душе рядом с ним тотчас же появляется какое-то неуловимое движение, которое мы обыкновенно выражаем словом: «узнавание» предмета. Уже a priori легко догадаться, что сущность этого неуловимого движения должна заключаться в воспроизведении старого впечатления рядом с новым

Животные с подвижными ушами, вероятно, различают топографию звуковых фокусов гораздо отчетливее человека, у которого ушная раковина почти вовсе неподвижна.

из всех явлений природы одно только так называемое чистое движение переводится в чувствовании на язык, наиболее близкий к реальному порядку вещей, представляется наиболее простым и понятным и, наконец, составляет самый крайний предел упрощений при анализе сложных явлений природы.

одновременные и последовательные комплексы движений во внешнем мире отражаются в чувствовании группами и рядами, сосуществованием и последованием.

Если же повторение связано с частными видоизменениями комплекса, как это бывает в огромном большинстве случаев, то зарегистровывается сильнее прочего то, что оставалось при повторении неизменным или изменялось очень незначительно и воспроизводится всего легче в этой сокращенной форме. Через это группа распадается мало-помалу на части, расчленяется.

одновременному определенному комплексу извне всегда соответствует определенная чувственная группа, а последовательному комплексу — чувственный ряд.

В заключение не лишним будет следующий простой пример.
Окно в доме, как нечто неподвижное, есть член пространственной группы.
Окно в церкви, дворце и курной избе есть сходственный член изменчивых групп.
Окно, быстро распахнувшееся и разлетевшееся с треском от порыва ветра во время грозы, есть член (случайный, не необходимый) грозового ряда.

Когда группа или ряд расчленились и отношения между их звеньями выяснены, они не только не теряют способности приходить в сознание в форме группы или ряда, но, наоборот, всегда сознаются в этой форме при малейшем намеке на которого-нибудь из членов. Поэтому для всякого сгруппированного чувствования мыслимы два противоположных течения в сознании: переход от группы к отдельному члену и переход от отдельного члена к группе.

что такое узнавание предметов?
На обыденном языке (для простоты я буду иметь в виду случай зрительного узнавания) это есть быстрое, иногда мгновенное, воспоминание при первом взгляде на предмет, что он был уже виден нами прежде; и это определение совершенно верно. Узнавание есть не что иное, как воспроизведение старого, уже испытанного впечатления тем самым внешним возбудителем, которым оно было произведено прежде, и последующее затем сопоставление или соизмерение воспроизведенного чувствования с новым.

узнавание предметов, этот наипростейший из всех психических актов, носит на себе все существенные характеры (т.е. по содержанию и как ряд процессов) мышления.

актам узнавания присущ характер разумности в той же мере, как всякой мысли, служащей руководителем практически разумных действий.

Контур предмета как линия его раздела от окружающей среды принадлежит к самым резким чертам всякого видимого образа.

групп бездна, и всего больше таких, где ассоциированы зрительные продукты с осязательными, так как все без исключения земные тела (за исключением разве воздуха) видимы и осязаемы, не будучи в то же время непременно звучащими, пахучими или ощутимыми на вкус. Понятно далее, что совмещением всех свойств или признаков, доступных чувствам, и определяется собственно чувственный образ всякого предмета.

все вообще признаки или свойства предметов, доступные чувству, суть продукты раздельных физиологических реакций восприятия, и число первых строго определяется числом последних.
Для глаза разных реакций насчитывают семь и столько же категорий признаков (цвет, плоскостная форма, величина, удаление, направление, телесность и движение). Для осязания, в связи с мышечным чувством руки и всего тела, число реакций доходит по меньшей мере до девяти, и им соответствуют: теплота, плоскостная форма, величина, удаление, направление, телесность, сдавливаемость, вес и движение. Для слуха число основных реакций и признаков не превышает трех (протяжность во времени, высота и тембр). Наконец, в обонянии и вкусе формы реакций единичны. Стало быть, наибольшее число чувственных признаков в предмете не может превышать 21.

мысль есть не более как акт воспроизведения расчлененной чувственной группы, состоящей по меньшей мере из трех раздельных реакций восприятия. Двум крайним соответствуют обыкновенно объекты мысли, а промежуточной — связующее их отношение.

всякий сокращенный символ, вроде приведенного, является по содержанию более или менее дробной частью заменяемого им цельного предмета, а со стороны процесса — дробной частью всей суммы реакций восприятия (точнее, следом этих дробных реакций).

Абсолютных несходств во внешнем мире быть не может, потому что орудия восприятия чувственных впечатлений для всех предметов остаются у человека одни и те же.

Ребенок, подобно некоторым птицам (например, скворец, попугай), инстинктивно подражает слышанным звукам. Звуки «муу» и «пи-пи» для него очень долго представляют корову и маленькую птичку. Вот эта-то особенность его нервно-психической организации и составляет почву, на которую с успехом падает обучение словам.

введение словесных символов в мысль представляет или прибавку новых чувственных знаков к уже существующему ряду их, или замену одних символов другими, разнозначными в физиологическом отношении. Явно, что природа мысли от этого измениться не может.


Цитата:
"Учение о не-свободе воли с практической стороны" 1881 г.

Все умственные и нравственные данные личности, равно как все внешние условия, предшествующие совершению поступка, играют роль и побудителей и определителей действия. Из них действительным определителем является, однако, в каждом частном случае то из побуждений, которое взяло перевес над всеми прочими. Как только перевес состоялся, характер поступка определен неизбежно.

Ставя действия человека в роковую зависимость от его умственного и морального развития, учение служит стимулом к работе над собой с целью умственного и нравственного совершенствования. С свободной волей можно еще, пожалуй, рассчитывать, авось она выручит.
С учением о не-свободе «авось» исчезает – какова почва, таковы и поступки.


Цитата:
"Предметная мысль и действительность" 1892 г.

Измерителем пути и времени перемещения служит во всех случаях упражненное мышечное чувство, сопровождающее передвижения глаз. Оттого в обыденной жизни выразителем самого короткого срока служит у русского миг, а у немца взгляд (Augenblick).

Легко понять в самом деле, что примета становится характерной для всякой данной вещи лишь в том случае, если она в других вещах выражена слабо или совсем отсутствует, или выражена на иной лад. Следовательно, узнавание предметов, совпадающее с различением их друг от друга, предполагает явно ряд сравнений – актов несомненно психических. К тому же выводу приводит и следующее соображение. Для чувства предмет есть вся сумма признаков, а на практике из суммы выделяется часть и становится на месте целого. С виду это умственная уловка, имеющая, повидимому, в психической организации человека то самое основание, которое побуждает его обозначать предметы краткими условными знаками, т.е. именами.

Память же вносит в свои реестры все вообще воздействия на все пять органов чувств (занося туда же все колебания мышечного чувства) и записывает не один данный ряд впечатлений, а миллионы их.

Если, в целом, память можно назвать едва ли не самым изумительным механизмом в мире, то, в частности, способность ее сравнивать встречное с запоминаемым независимо от времени и пространства следует назвать самым драгоценным умственным сокровищем человека. Благодаря этой способности, в его сознании сопоставляется друг с другом не только пережитое в детстве, молодости и старости, не только то, что он видел в Америке и здесь, в Москве, но также факты настоящего с фактами из жизни древних народов. Таким образом, благодаря памяти с ее сравнениями, современный человек, не выходя из тесных рамок земного бытия, становится, так сказать, участником вселенской жизни.


Цитата:
"О предметном мышлении" 1894 г.

Все мыслимые отношения между предметами внешнего мира подводятся в настоящее время под три главные категории: совместное существование, последование и сходство. Первой из этих форм соответствуют пространственные отношения, а второй — преемство во времени. Как частный случай последования, приводится еще причинная зависимость.

Естествознание в обширном смысле слова есть наука о связях, отношениях и зависимостях между предметами

физиологическими эквивалентами подлежащего и сказуемого будут раздельные реакции упражненного органа чувств на сложное внешнее воздействие.

Фонограф регистрирует только звуки, а память — показания всех чувств, притом ежеминутно всю жизнь, иногда в течение ста лет, отдыхая от работы лишь в часы глубокого сна, когда у человека нет сновидений. Регистрация фонографа представляет в самом счастливом случае лишь более или менее верное воспроизведение сложных звуковых движений, а память не только записывает свои впечатления, но еще сортирует их целиком и частями. Записав впечатление, она сдает его в склад, где хранится все записанное в течение всей жизни, и хранится в таком порядке, какому может позавидовать самая благоустроенная библиотека. Впечатления от предметов и их признаков, качеств, состояний и взаимных зависимостей заносятся в складе в четыре главные рубрики: что предшествовало данному впечатлению, что ему сопутствовало, что за этим следовало и с чем оно сходно, целиком или частями.

воспоминание есть акт более быстрый, чем соответствующее реальное впечатление.


Цитата:
"Герман Ф.-Гельмгольц как физиолог" 1894 г.

говорит Гельмгольц, что в прирожденном ребенку поле зрения различные точки последнего чувствуются различно. Самого неопределенного различия между ними уже достаточно, чтобы переходы глаз с одной точки на другую сопровождались различными друг от друга ощущениями


Цитата:
"Первая лекция. О значении так называемых растительных актов в животной жизни" 1861 г.

Организм без внешней среды, поддерживающей его существование, невозможен; поэтому в научное определение организма должна входить и среда, влияющая на него.


Цитата:
"Первая лекция в Московском университете" 1889 г.

Приходя в деятельность под влиянием измененных условий в состоянии или ходе той или другой части животной машины, сигнальный снаряд в свою очередь приводит в деятельность приспособление (в виде движения или отделения сока), направленное к устранению ненормальности.

отличительную особенность высших органов чувств составляет то, что даваемые ими ощущения не имеют такого субъективного характера, как, например, боль или голод, а относятся сознанием наружу к произведшим их причинам, объективируются.


Цитата:
"Физиологические очерки" 1898 г.

движения, которые мы называем произвольными, суть в сущности привычные движения, заученные под влиянием жизненных потребностей. Те, на которых спроса в жизни нет, возникнуть не могут


Цитата:
Автор: гость 78.25.123.*
оперативный СИНТЕЗ движения (ясно, не 'из воздуха'), отнюдь не привычная компоновка привычных образующих
(бернштейн против сеченова).
Что мне нравится в Сеченове и что мне не нравится в Хмуре - первый всегда пытается выявить и описать однозначный и понятный механизм, второй - постоянно всё затуманивает и различает тождественное. Одно из самых моих нелюбимых слов - это слово "или". Оно является неизменным спутником неуверенности, двусмыслия, желания что-то сказать при отсутствии достаточных оснований говорить. Лучше, как мне кажется, молчать до выяснения всех обстоятельств, необходимых для однозначного утверждения, чем говорить "или".

Любой механизм работает так и не иначе. Механизм не может работать так или не так.
Мозг не может работать так или иначе. Мозг работает только так.
Оперативное движение не может быть стереотипным или синтезированным на ходу. Либо так, либо так.

На конкретных примерах Сеченов показывает, что человек не умеет дышать одной половиной грудной клетки или независимо двигать глазами (если быть более точным, синхронное движение нескольких мышц не может быть им частично выторможено (разделено) на независимые группы) потому что такие действия в жизни не требуются. Если человек что-то оперативно смог сделать, значит он уже тренировался раньше таким движениям в других обстоятельствах и в целом энграмма координации (как говорит Бернштейн) у него готова.

Другое дело, что одни энграммы готовы и отрепетированы настолько, что совсем не нуждаются в сознательном контроле - это уже готовые чистые рефлексы, отражённые движения. В других локомоторных фокусах ещё не настолько уяснены связи между раздражителями и реакциями, чтобы полностью работать самим, тут им пока помогает сознание. Но даже здесь помощь сознания заключается только лишь в том, чтобы за миллисекунду до требуемого задачей движения подготовить нужный рефлекс и проверить затем, что именно он и сработал. Никогда сознание не может непосредственно "запустить" движение. Движение всегда запускается внешним стимулом, выбранным сознанием заранее. Любое совершающееся движение (даже казалось бы самое пресамое произвольное) всегда происходит исключительно рефлекторно. Это принципиально.
[Ответ][Цитата]
Slava
Сообщений: 3070
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 15 сен 14 13:17
Цитата:
Автор: Андрей

Что мне нравится в Сеченове...


Андрей, вы - большой молодец
Замечательное дело затеяли
[Ответ][Цитата]
NO.
Сообщений: 10700
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 15 сен 14 13:52
Сечь, сечь и ещё раз сечь! (с)Ленин
[Ответ][Цитата]
vchc
Сообщений: 194
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 16 сен 14 3:28
Цитата:
Автор: Андрей

Другое дело, что одни энграммы готовы и отрепетированы настолько, что совсем не нуждаются в сознательном контроле - это уже готовые чистые рефлексы, отражённые движения. В других локомоторных фокусах ещё не настолько уяснены связи между раздражителями и реакциями, чтобы полностью работать самим, тут им пока помогает сознание. Но даже здесь помощь сознания заключается только лишь в том, чтобы за миллисекунду до требуемого задачей движения подготовить нужный рефлекс и проверить затем, что именно он и сработал. Никогда сознание не может непосредственно "запустить" движение. Движение всегда запускается внешним стимулом, выбранным сознанием заранее. Любое совершающееся движение (даже казалось бы самое пресамое произвольное) всегда происходит исключительно рефлекторно. Это принципиально.


Андрей, а на каком основании вы выделяете сознание за границы рефлекторного? )

Математика это способ построения абстракций высоких порядков. Без неё исследователь лишается возможности создавать обобщённые теории. А раз наша основная задача это СИИ, то без математики вообще никак не обойдёшься.
[Ответ][Цитата]
Андрей
Сообщений: 3810
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 16 сен 14 5:31
Цитата:
Автор: NO.
Сечь, сечь и ещё раз сечь! (с)Ленин
"вопреки своей фамилии, сечен я в жизни не был"
©Сеченов И.М. "Автобиографические записки" стр. 23

Цитата:
Автор: vchc
на каком основании вы выделяете сознание за границы рефлекторного?
Потому что нельзя поднять себя за волосы. Если что-то создаёт рефлекс (а мы точно знаем, что создаёт), значит оно находится вне этого процесса. Над ним.
Сознание - это тоже рефлекс, конечно, но, эффектором этого рефлекса есть не мышца или железа, а новосозданный рефлекс.
Сознание взаимодействует с миром опосредованно. В качестве входа у сознания автоматический классификатор, работа которого не регулируется сознанием непосредственно. В качестве выхода - рефлексы для связывания мышц с этим классификатором. Непосредственно на мышцы сознание тоже не влияет. Значит оно во вне.
[Ответ][Цитата]
vchc
Сообщений: 194
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 16 сен 14 7:17
Цитата:
Автор: Андрей
Потому что нельзя поднять себя за волосы. Если что-то создаёт рефлекс (а мы точно знаем, что создаёт), значит оно находится вне этого процесса. Над ним.
Сознание - это тоже рефлекс, конечно, но, эффектором этого рефлекса есть не мышца или железа, а новосозданный рефлекс.
Сознание взаимодействует с миром опосредованно. В качестве входа у сознания автоматический классификатор, работа которого не регулируется сознанием непосредственно. В качестве выхода - рефлексы для связывания мышц с этим классификатором. Непосредственно на мышцы сознание тоже не влияет. Значит оно во вне.


Выше речь шла о произвольных движениях, к которым применение рефлекса в изначальной формулировке не слишком подходит. Ну да ладно. Будем считать, что я вашу позицию понял.
[Ответ][Цитата]
гость
78.25.120.*
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 16 сен 14 23:47
А.> что мне не нравится

мало ли что не нравится малознайке и догматику..

мало ли что вы поняли арифметику в объеме малой таблицы умножения - есть же еще и высшая математика, есть вообще развивающиеся области математики (сиречь физиологии и физиологической теории). C точки зрения логики тб. умножения все прочее математическое кажется довольно 'запутанным' и 'туманным'. разумеется, 'без достаточных оснований' бухгалтеру, которому хватит четырех арифметических действий, незачем погружаться в высшую алгебру.. это ровно как оперирующему булевыми функциями (в пространстве булевых функций) вовсе нет необходимости выходить в пространство логики взаимодействия
объектов 'общего положения' (аналогии, думаю, понятны).

cовершенно дикой кажется идея бороться с НЕ, ИЛИ и проч. логическими функциями - это всего лишь страх перед реальными сложностями, неопределенностями, открытостями (не - это оператор размыкания определенности), альтернативами (или), пересмотрами оснований (под НЕ можно подвести любую догму).. тем более, что высшие функции задаются на нечетких и неопределенных примитивах.

> Мозг работает только так.

не как машина рефлексов в том грубом понимании, которое демонстрирует андрей своими схемами рефлексов. Сеченов знал ОЧЕНЬ МАЛО о нейрологической реальности, его понимание 'рефлекса' крайне обобщенно (центральный процесс), в него входит и павловские переключения, и компарации, и бернштейновские кольца, и доминанты ухтомского, и анохинские функциональные системы, и павловские же динамические стреотипы, и процессы не рефлекторной природы (мыслительные, ментальные процессы сами современные физиологи не относят к классу рефлекторных (в павловском уточнении понятия)).

массовые процессы в новой коре (кортикальные активационные структуры) это НЕ механическая суперпозиция временных связей между центрами условных рефлексов - актуальная активность мозга (в корковом секторе, с подкорковой поддержкой) - это
информационные синтезы (формирование нейропаттернов), а не динамика условно-рефлекторных связей. ИНформационные синтезы - это массовый процесс на структурах
ДО- и НЕ-рефлекторной природы (генерализованные диффузности, нейропредставление
структрур производных от второсигнальной активности, схемы ПАКЕТИРОВАНИЯ генерализованных межсигнальных множественных констелляций (петтернов динамических
временных связей высших порядков)).

еще раз - сеченовское понимание 'рефлекса' - это ШИРОКОЕ понимание, и мозг в реальности работает РАЗНООБРАЗНЕЕ любой известной конкретизации этого понятия. Не говоря уже о том примитиве, который вкладывает в это понятие андрей (см. его схемы
рефлексов и соотв. структуры).

> Оперативное движение не может быть стереотипным или синтезированным на ходу

из операционных единиц синтезируется новое движение. Смотри как работает мозжечок - гиганский ассоциативный сопроцессор. Смотри как вообще работает сборка базальные ганглии - фронтальная кора - теменная кора - моторная кора - мозжечок. как именно формируется замысел движения, как он вписывается в пространственный контекст, как он реализуется в моторной программе, как программа подвергается опережающему ассоциативному контролю и коррекции (империтивная программа интерпретируется на языке синергий, СИНТЕЗОВ, которые РАНЕЕ состоялись и зафиксировались ассоциативной памятью), как реализация программы корректируется по ходу исполнения.

> Это принципиально.

cмотри как РЕАЛЬНО работает мозг (по совр. представлениям), а не используй либо слишком обобщенные представления, либо слишком загрубленные. Со времен сеченова много воды утекло, и использовать слишком ОБОБЩЕННЫЕ и наивные представления для обоснования ГРУБЫХ и гораздо более примитивных схем 'рефлексодинамики' чем его это всего лишь частная позиция неуча (догматик, подгоняющий под собсвенные куции представления чужой авторитет).

> потому что такие действия в жизни не требуются

еще раз. Когда в виртуальном режиме мы проигрываем в воображении те или иные движения то функциональное сканироание показывает что ВСЕГДА кортикальная деятельность сопровождвается мозжечковой подсветкой - в некоторой мере и мозжечок включен в процесс латентного обучения. Известно, что в можно не только придумывать новые движения 'офф лайн', но и предварительно в некоторой мере оттачивать движения в воображении. Более того - ЛЮБОЕ фантазирование сопровождается мозжечковой подстветкой, так или иначе ассоциативная память адаптируется к текущей деятельности фантазии, мышления,
воображения. Реализация (во внешнем движении) продуктов деятельности фантазии, воображения, мышления вовсе не подразумевается в общем случае. Однако пакет ассоциативной памяти (и кортикальной и мозжечковой) уже СОДЕРЖИТ некие следы офф-лайн активности, обрабатывающей как последействие реальности так и расширенные образы реальности. В офф-лайне не только закрываются те планы, которые были открыты в реале, но и отыгрываются альтернативы, возможности, перспективные планы. Как не реализовавшиеся в реале, так и организуемые к рассмотрению (не обязательно супервизорному) по результатам он лайна. 'Cбор мусора' в когнитивном процессоре происходит весьма не тривиально и весьма 'содержательно'.

Грубо говоря так - если на информационном уровне нам кажется, что обработка информации не должна быть организованной примитивно (только от практики, от состоявшейся реальности-действительности) - иначе бы организмы с сознанием не демонстрировали бы такого разнообразия и такой организации своего поведения - то просто ГЛУПО впихивать невпихуемое в узкие схемы. Cуть в том, что информационные схемы РЕАЛИЗОВАННЫ в мозге не только на уровне программ, но и на уровне структурной опоры (программы и машины 'переплетены') - и мозг работает РАЗНООБРАЗНО - в силу реализации логики 'высших' программ (деятельностей сознания) на уровне опорной нейродинамики.

Физиология сознания это физиология сильнодифференцированного и сложноорганизованного центрального торможения (открытого сеченовым) и активации - наш основоположник знал слишком мало чтобы некритически воспринимать его слишком обобщенные представления. И уж тем более интерпретировать их в рамках грубой (cверхупрощенной) схемы.

[Ответ][Цитата]
NO.
Сообщений: 10700
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 17 сен 14 0:34
Изменено: 17 сен 14 0:36
Рефлексами занимается спинной мозг. Если лягушке отрезать голову и раздражать лапку она ею дрыгает.

Никто не пробовал на рынке тыкать электрошокером в гору мяса?
[Ответ][Цитата]
Андрей
Сообщений: 3810
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 17 сен 14 0:51
Цитата:
Автор: гость 78.25.120.*
не - это оператор размыкания определенности
У меня остались смутные воспоминания из детства, когда я проникал в смысл речи, говорящих вокруг меня людей. И я смутно помню те озарения, когда я понимал связь между услышанными словесными конструкциями и теми знаниями, которыми я уже обладал. Уже тогда меня удручало насколько вычурно и запутанно выражаются взрослые. Особенно меня веселил смысл конструкций вроде "никогда не". Ведь всё то же самое можно сказать короче, проще и без парадоксов. Уверен, что подобные мысли посещали в детстве многих (если не всех) людей. Но с возрастом большинство свыкаются с такими традициями говорения, делают их своими бессознательными рефлексами и начинают послушно играть в эти странные игры - усложняйки и запутайки. Некоторые даже пытаются выиграть. Я в эти игры не играю. Напрасно Вы опять так много писали.

Цитата:
Автор: гость 78.25.120.*
Сеченов знал ОЧЕНЬ МАЛО о нейрологической реальности
Да, именно поэтому он вынужден был ориентироваться только на достоверные данные рефлексии и данные самых общих, самых точных внешних наблюдений. Именно поэтому его выводы фундаментальны, однозначны и ценны. Жил бы он сегодня - был бы, скорее всего, таким же мутным и бесполезным как Вы.

Цитата:
Автор: гость 78.25.120.*
Со времен сеченова много воды утекло, и использовать слишком ОБОБЩЕННЫЕ и наивные представления для обоснования ГРУБЫХ и гораздо более примитивных схем 'рефлексодинамики' чем его это всего лишь частная позиция неуча
На основании сеченовских идей компьютерные программы работают. На основании Вашей путаницы не написано ни одной программы. Делайте выводы.
Мозг работает. Он работает быстро, просто и эффективно. Так же как компьютер. Невзирая на то, что мгновенные срезы активности множества транзисторов, конденсаторов и резисторов для стороннего наблюдателя выглядели бы как нечто, отражающее, якобы, огромную сложность и запутанность процессов в электросхемах ЭВМ. Но мы знаем наверняка, что общая схема ЭВМ достаточно проста. Вы - стали жертвой внешней наблюдаемой сложности физиологических процессов, в условиях отсутствия предварительного ясного понимания общей схемы работы мозга и мышления. Сеченов даёт эту общую схему. Поняв её, становится очевидным, что для её реализации в принципе не требуется никаких запутанных процессов. А то, что мы с помощью инструментов наблюдаем в мозге - это просто мгновенный срез работы большой машины. Который Вас и многих других ввёл в заблуждение.
[Ответ][Цитата]
гость
78.25.120.*
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 17 сен 14 2:06
А.> напрасно

разумеется многое для вас за гранью разумения, н не нужно при этом дрыгать лапкой как спинальная лягушка..

пишется ведь не только для вас лично, но и по поводу вами сказанного. Не понятно - занимайтесь своими вещами, велика надобность вас лично в чем-то убеждать.. под солнцем
живут и животные с рефлексами и животные более интересно организованные..

НеА это МНОГО чего и об этом можно говорить обобщенно, а можно конкретизированно (любое Bi это неА). Обобщенно - это не значит говорить о не-слонах, это говорить о слонах не-африканских, скажем. если вы как-то определили рефлекс, то сразу возникают вопросы о не-рефлексах, потому что рефлекс это не конкретный предмет (слон) а всего-лишь свойство, проявление мозгового процесса. И есть (и очень значимы) не-рефлексологические свойства мозговых процессов.

> таким же мутным и бесполезным как Вы.

для незнайки все что он не знает - мутно и бесполезно.

еще раз для неуча. CАМОЕ ДОХОДЧИВОЕ. Есть разные информологические представления - продукции и сети, скажем. Продукции это то, что является аналогом рефлекса в вашем примитивном понимании. обобщение понятия продукции - напр. фрейм. Есть много информационных процесов ВНУТРИ фреЙма, до того как он полностью выполнит свою функцию. Более того, РЕАЛЬНО для сложной информационной обработки в рабочую память выгружаются наборы (пакеты) фреймов - и ПРЕЖДЕ ЧЕМ начать реализовывать периферический (конфинальный, консуммационный) процесс МНОГО ЧЕГО происходит на этих промежуточных структурах. Эти локально организованные структуры выстраивают глобальные (макро)структуры (состояния сознания, скажем) - и в совокупности система
'микрорефлексов' (если-то, функциональных локальных связей узлов, слотов, термов) не есть 'рефлекс'. пакеты информации имеют большой сектор НЕСПЕЦИФИЦИРОВАННОГО назначения - если вызывается, скажем, пакет словарного значения слова, то он НИКАК не определяет в общем случае то, какое значение будет иметь макроструктура (значение предложения). Есть общее назначение пакета значений слова - оказать содействие интерпретации предложения, НО НЕТ, вообще говоря, РЕФЛЕКСА на слово. рефлекс на слово - это только выгрузка в память пакета его значений - а дальше начинают играть СИСТЕМЫ
процессов выбора релевантного значения, композиции значений etc etc - И эффект системы микрорефлексов, микропроцессов - НАДрефлекторный.

если на любое, что не вмещается в ваше сознание вы делаете стойку 'мутное', то это и есть всего лишь ваш зашитный рефлекс - интеллект (широкий) при этом не включается..

Это вы НИКОГДА не занимались хоть чем-то мал-мальски сложным (в нашей предметной области) - ваш примитивизи это всего лишь образ вашей практики..

> поэтому его выводы фундаментальны, однозначны и ценны.

нет у сеченова 'однозначности' - он использует ПОЛИМОРФНОЕ, многозначное понятие 'рефлекса', однозначность только вам мнится в рамках ВАШЕГО восприятия, подгонки прочитанного под ваши примитивные схемы (вырожденные, редукционистские, грубо 'эмпиристские' (решения ср. простых программистких и концептуальных задач).

> компьютерные программы работают

да, то что вам мнится, реализует самый примитив. НО есть же и реализации более сложных идей (т.н. глубинная интерпретация текста (см. шенка, ленерта, селфриджа и мн.проч.), ассоциативного процессинга (особ. нейромодели АПП), нейролингвопроцессинг (см. кн. калана) и проч. Просто вы нихера не знаете - поэтому и сделать ничего интересного не можете и не сможете. будете как слава до старости лет писать о рефлексах и сеченове..

еще раз - сама основа любой 'продвинутоcти' - это думать в терминах карт, отношений между картами, межсистемных отношений, а не в терминах правил-рефлексов. Cкомпилированное это низший уровеь, поверх него - интерпретируемое, нескомпилированное, динамически компилируемое, частично компилированное.

и на основе идей сетей, ассоцианизма, гибридных иерархий (гетерархий) программы работают, вы просто неуч. Любая современная программа содержит огромный блок описаний и работы с описаниями. Если объект принимает сообщение, то он его СРАЗУ не обязан отработать (рефлекс), он его принимает, включает блок информации в свои внутренние структуры,контекстуализирует его - а какое конечное действие произведет эта структура ВОВСЕ не прописано в семантике сообщения (как бы микрорефлексы с 'открытыми' завершающими звеньями). Итог производится системно.

> Сеченов даёт эту общую схему

на уровне периферический процесс-центральный процесс. И ВСЕ!!! А вам говорят о сложной организации межцентральных процессов частных рефлексов и рефлексоподобный процессов. Вам говорят МНОГО конкретного, того, что порождает КАЖУЩУЮся легкость работы - эта легкость есть итог сложной эволюции активности мозга, организации структур под функции - и в итоге в РЕАЛЬНОЙ работе большого мозга нет никаких рефлексов в классическом их понимании - есть периферические процессы, И ЕСТЬ ОГРОМНАЯ МАССА (система) центральных процессов, которые квантовать, форматировать ТОЛЬКО как рефлексы есть неадекват.
САмое интересное в деятельности мозга (сознание, мышление, речемышление) НИКАК не есть сумма рефлексов. Системное реализовано на структурном уровне, т.Е. даже если можно думать о системе рефлексов, но сама база не представима как только база рефлексов (работает уже не как рефлексы).
[Ответ][Цитата]
Андрей
Сообщений: 3810
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 17 сен 14 2:29
Цитата:
Автор: гость 78.25.120.*
Вам говорят МНОГО
Да, Вы очень много говорите. Дайте лучше ссылку на компьютерную программу "на основе идей сетей, ассоцианизма, гибридных иерархий (гетерархий)". Я больше люблю читать компьютерный код. Он намного более убедительно звучит, чем все эти Ваши заклинания и проклятья.
[Ответ][Цитата]
NO.
Сообщений: 10700
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 17 сен 14 2:43
рефлекс это y=F(x), а в мозгу полно знаний вида P(x,y)=true, они даже вообще в обратную сторону могут работать
[Ответ][Цитата]
гость
78.25.120.*
На: Зал памяти Сеченова Ивана Михайловича
Добавлено: 17 сен 14 2:46
для начала осильте кн. Новое в заруб. лингвистике вып 12, 23, 24, кн. марчука по комп.
лингвистике. там дано описание соотв. программ и подходов. Без соотв. знаний вы просто
не поймете коды, не говорите глупостей. разве на основе кода матпакета вы поймете логику соотв. методов? код ООпрограммы никак вам не поможет понять логику работающей системы. И наоборот - без знаний вы никогда не напишите интересной системы. Знание
булевой логики, редуцированной до рефлексов физиологии, НИКОГДА не поможет вам написать
программу ПОВЕРХ опорных примитивов (логики обработки всего лишь кодов объектов и операций).

рефлексы - это как логика регистровых операций - логика объектов, так или иначе закодированных, НИКАК не сводится в логике (технике) обработки кодов.

то, из чего начала строиться система психики не было изначально рефлексами, сектор
рефлексов (откомпилированного) отложися , выделился, но к нему НИКОГДА не сводилось
нейропсихическое. И понято через рефлексы быть не может.

[Ответ][Цитата]
 Стр.1 (2): [1]  2След. > >>